DESIGN LIK

Исследуя неделимость жизненного и профессионального пути, в проекте «Прямая речь» специалисты салона «Дизайн-Лик» рассказывают свои личные истории. Героиня этого выпуска — визажист Ольга Королькова  

интервью: Роман Ивлев, фото: Юрий Болотин,
личный архив Ольги Корольковой

Fashion Collection: Расскажите о культурном окружении и немного о вашем детстве и юности.

Ольга Королькова: Я родилась в Пензе, в семье, где все, начиная с прадеда, были железнодорожниками. Но был рояль, патефон, много книг, альбомы с репродукциями лучших художников и всегда — живые цветы в вазе. Была и традиция — каждый год обязательно путешествовать.

В школе интересно было все: литература, математика, история, география, рисование.

Однако выбор пал на художественную школу, тогда единственную — при художественном училище имени Савицкого, где работали замечательные классические преподаватели. Особенно нравилось рисовать портреты. Совершенство точеных лиц и безупречных тел гипсовых греческих богинь и богов приводило в священный трепет и уводило в другой мир, от реальных людей с их несовершенством. Лица на картинах Рафаэля и Боттичелли просто завораживали. Тогда и представить не могла, что увижу все это своими глазами в Ватикане,  Лувре, галерее Уффици.

Но случилось так, что вместо художественного училища я поступила в Пензенский строительный техникум на специальность «архитектура». Учителя еще год требовали вернуть ребенка в школу и не срывать им план по золотым медалям. Но мама сказала, что в пятнадцать лет человек сам решает, чем ему заниматься. Правда, этому человеку потом пришлось «вдогонку» закончить два ВУЗа в Москве по специальностям «Градостроительство» и «Ландшафтная архитектура». Нелегко было совмещать работу с учебой.

Но Москва стала родной. Она задала бешеный ритм жизни и открыла массу возможностей для духовного и профессионального развития.

 

FC: Каким образом архитектура вдруг пересеклась с макияжем?

О.К.: Работа архитектора-генпланиста интересна и очень ответственна одновременно. «Пензгражданпроект» был кузницей кадров с преемственностью традиций технической интеллигенции. Меня окружали очень интересные люди, которые много знали, много умели и много путешествовали. Было, у кого поучиться, и на кого равняться. У архитекторов были свои интересные вечера, с постановками, декорациями и костюмами. Без интернета и каталогов, не зная слова «дизайн», мы просто творили: шили, украшали, гримировали. О модных тенденциях судили по актерам и дикторам телевидения.

Понятие «макияж» тогда только начало зарождаться. Когда российские мастера начали ездить на конкурсы парикмахерского искусства в Европу, профессии визажиста в СССР еще не было. С ними ездили гримеры театра. Да и декоративной косметики, кроме скудного выбора помад, сухой пудры и туши в брикетах, тоже не было.

Времена перестройки поменяли очень многое в жизни и в сознании. Появились новые возможности, возникли новые потребности. Потребность в творчестве, реализуемая занятиями в студии при художественной школе №1 уже во взрослом возрасте, воплотилась в профессии визажиста. Сначала я закончила  курсы в Пензе, затем — колледж «Интерсервис» в Москве, а дальше — постоянные поездки и обучения: на «Интершарм» с мастер-классами ведущих школ, на форумы визажистов, на мастер-классы звезд make up.

Но главное — обучение в Санкт-Петербурге, в школе-студии ESTETISTA. Оно дало выход на новый уровень и в теории, и в практике. Потрясающие лекции по истории и теории моды, плюс практические занятия с использованием современных продуктов класса «люкс». Высочайший уровень культуры преподавателей сочетался с необыкновенной щедростью и готовностью дарить глубокие знания.

 

FC: Если говорить о ремесле в образном ключе, какие параллели, в первую очередь, возникают в сознании?

О.К.: Визажист, как и архитектор, это образ жизни. В этой профессии тоже надо пожить, и не один год. Это не просто сумма технических навыков.

На вопрос — кто такой визажист — большинство отвечает: художник. Я считаю, что визажист, в первую очередь, скульптор. Ведь каждое лицо — объемно, причем — объемно индивидуально. Для достижения гармонии иногда одни объемы нужно подчеркнуть, другие — сгладить. И только потом переходить непосредственно к цвету —то есть быть художником, работающим с цветом, фактурами, камуфляжем.  Визажисту, помимо знания тенденций, нужно тонко чувствовать каждого человека, который приходит со своей историей и своими эстетическими понятиями. Еще надо знать, какие люди будут окружать клиента на мероприятии, для которого он пришел делать макияж и какой образ ему необходим, т.е. быть психологом, поскольку макияж концептуален и зависит от ситуации, настроения и окружения. Человеку должно быть в нем комфортно в данной обстановке. Нужно быть стилистом, знатоком новых технологий и высокотехнологичных материалов, обладать знаниями по косметологии и коринетерапии.

К тому же, макияж — это философия роскоши. Лицо должно быть дорогим. Как украшение. Это — визитная карточка. Лучше — дорогое лицо при отсутствии украшений. Гораздо хуже, если наоборот. Грамотный повседневный макияж — это определенный комплекс знаний и правильный минимальный набор качественных продуктов, индивидуально подобранных специалистом для определенного человека с его особенностями. Здесь специалист и клиент работают вместе. Конечно, придется немного потрудиться, но это — приятные и легкоусваиваемые знания, применяемые каждый день по 5-10 минут. Результат — привлекательность, хорошее настроение, уверенность, успешность — того стоит. Ведь каждая женщина подсознательно стремится к красоте.

На вопрос — кто такой визажист — большинство отвечает: художник. Я считаю, что визажист, в первую очередь, скульптор. Ведь каждое лицо — объемно, причем — объемно индивидуально. Для достижения гармонии иногда одни объемы нужно подчеркнуть, другие — сгладить. И только потом переходить непосредственно к цвету — то есть быть художником, работающим с цветом, фактурами, камуфляжем.

FC: Пожалуй, самое время рассказать о «Дизайн-Лике».

О.К.: Салон уникален, начиная с названия. Стиль салона — соответствие времени, новым технологиям, высоким эстетическим требованиям и европейскому качеству. Здесь нет случайных людей — ни среди специалистов, ни среди клиентов. Это любовно созданный коллектив, где каждый человек, помимо профессиональных качеств, богат творческим и интеллектуальным потенциалом. Ну где еще можно обсудить с косметологом выставку прерафаэлитов, а с парикмахером, например, поговорить о музыке Альбинони?

FC: Насколько изменился ваш угол зрения, когда появилась возможность путешествовать? 

О.К.: Любовь к путешествиям дала мне возможность видеть не только природу, архитектуру, музеи, но и наблюдать за людьми: как выглядят, как одеваются, как общаются. Первый выезд в Европу в 1975 году показал, что наши представления о моде и стиле весьма далеки от европейских. Европа показала, что достойно и стильно выглядеть — это вовсе не значит привлекать к себе излишнее внимание. Главное — чувство меры.  Все должно быть удобным, уместным, комфортным. Это делает человека увереннее в себе, и в конечном итоге — здоровее, красивее, успешнее. Открытие, сделанное тогда, повлияло на мою дальнейшую жизнь, избавило от многих комплексов.

Уже в достаточно зрелом возрасте окунулась в туризм в исконном понимании этого слова. Оказалось, что можно не зависеть от путевок, а полностью слиться с природой, наслаждаясь ее звуками, запахами, чистотой… В рюкзаке — твой дом: твоя палатка, твой спальник, твоя еда. Все это начиналось с пеших и лыжных лесных походов и байдарочных сплавов, а потом жизнь свела меня с моим супругом, который повел меня в горы. Это было еще одно откровение. Горы — особое место. Там отсекается все лишнее. Там нет ни прошлого, ни будущего. Только здесь и сейчас. Только там ты наедине с Богом.

Ведь близкие отношения с природой очищают, наполняют радостью, дают силы для жизни и творчества. |

салон красоты и здоровья Design Lik

ул. Ставского, д. 10

тел.: 45-90-09, 45-70-07

www.designlik.ru