ГЕОМЕТРИЯ ИГРЫ

ВАДИМ ДЕМЧОГ

Благодаря Центру информационной поддержки «Аспект» и лично Кристине Петрухновой, маг и волшебник, актер, игрок, исследователь феномена игры, Вадим Демчог приехал в Пензу с тренингами. Fashion Collection удалось задать мастеру несколько вопросов

интервью | Марина Михайлова || фото | архив Вадим Демчог

Fashion Collection: Вы знамениты и как актер, и как духовный практик. Лично вам зачем нужен театр?

Вадим Демчог: Любое явление может стать духовной практикой. Жизнь по фактуре своей, по природе своей, по задумке своей, я надеюсь, — это все духовная практика. Поэтому невозможно ничего в жизни делать, не занимаясь духовной практикой. По большому счету, эта практика есть раскрытие сути явления. Вдох—выдох — это духовная практика, созерцание красот и некрасот жизни тоже. Театральное искусство вообще пришло из древних духовных практик, которые театрализовались по ходу своего развития. Театр манифестирует познание жизни. Поэтому приход в театр для меня — это приход в среду, где занимаются исследованием себя и жизни. Опять же, говоря о традиции: во всех храмах Асклепия были театры, театр был приравнен к лечебным процедурам. Процесс замедления пульсации мозга обладают несомненным лечебным эффектом. Тут происходят мощнейшие восстановительные процессы. А вообще я в театре с 4-х лет. Сюда меня привела мама, которая сама была очень экспрессивным человеком и ярко жила жизнь. У меня от нее вот этот жар духовного исследования или видения жизни как духовного приключения, я не помню ее в упадочном состоянии никогда.

 

FC: А вы сами бываете в упадочном состоянии?

В.Д.: Да, конечно. Но я не делаю из этого фетиш. Мы как театральные люди знаем, что есть внутри нас. Тот Актер, кто так талантливо, грациозно, харизматично, грандиозно, глубоко играет упадок сил, страдание, эту стекающую тушь из уголка глаза. Каждое мгновение нашей жизни есть еще и Зритель, который все это смотрит, иначе — для кого всё это? И вот перед нами уже несколько параметров духовной практики: есть Тот, кто Смотрит — потенциал пространства, есть Тот, кто Играет, но он невидим, творческая мощь, некий гений и есть Ролевое многообразие.

 

FC: Что нам с этим делать? В чем наша задача: увидеть эту схему «Зритель—Актер—Роль»? Как нам этим пользоваться?

В.Д.: Из каждого события жизни можно сделать произведение искусства. Но это достигается только через достижение целостности. Когда я есть потенциал пространства, я могу этим делиться, я могу воплощаться в ту или иную формулу: слово, мысль, эмоциональное состояние и интегрировать его в факт искусства жизни. Не теряя Того, кто смотрит, Того, кто пульсирует и заходится от радости в акте творчества и саму Форму. Осознание этих трех позиций является единственным ресурсом для человеческой целостности, которая, кстати, не нужна социуму. Он очень быстро отсекает все это богатство. 

Зритель и Актер — это не то же самое, что Наблюдаемое и Наблюдатель. Речь идет все же о природе творчества. Эти две позиции — определенные состояния ума, расширяющие видение и сознание. 

На пути обретения целостности или, как я это называю, на Пути Игры есть россыпь всевозможных методов, в том числе и моя Школа Игры. Это корпус методов, в котором нашу целостность, которую мы вспоминаем каждую минуту своей жизни, мы интегрируем в каждую минуту жизни. Я бы воздержался от того, чтобы называть это каким-то моим учением, это уходит корнями в глубочайшую древность. Я считаю себя больше последователем и развивателем исследования природы творчества, но ни в коем случае не создателем учения. Я не мессия, а ткацкий станок, который наслаждается от процесса самого ткачества. И там, наверное, есть нить некоего мессианства, но она не определяющая. Вообще нет ни одной нити, которая была бы определяющей в ковре моей жизни, он соткан из огромного количества разных ингредиентов. У меня все проекты командные, я вообще не верю в индивидуальный гений.

 

FC: Является ли творчество нашей видовой потребностью?

В.Д.: Всё подчинено одному алгоритму. Творчество всегда творчество на всех уровнях: и у муравьев, и у обезьян. Игра — это не человеческий феномен, это свойство живой материи. Всё играет. Если мы наведем резкость и увеличим всё, то увидим, что всё фрактально, всё пронизано сакральной геометрией, всё множит себя и всё устремлено к расширению. Возьмем семечко яблока. С помощью определенной циркуляции энергии семечко наращивает себя торусообразно, и вот — яблоко. Оно сыграло само себя. То же самое происходит на любом уровне.

FC: Мы когда-нибудь себе насоздаём какую-нибудь приличную реальность в национальном масштабе?

В.Д.: Если взять культурные достижения других стран, то есть очень мощные культурные традиции, которые вложили огромное количество энергии в структуризацию пространства. Через мужской аспект. Вот там другая история, там, наоборот, женское задыхается. Россия, конечно, в меньшей степени пробуждена к творчеству как таковому. Она действует стихийно. Это такая нецентрированная женщина, очень богатая внутренне, но пребывающая в таком хаотичном нетренированном положении, что она бесконечно нуждается в авторитарных жестких мужских границах. И поэтому все так.

 

Ну, была бы ты, что ли, поменьше,

не такой вот вселенской квашнёй,

не такой вот лоханью безбрежной,

...так вольготно меж трёх океанов

развалилась ты, матушка—пьянь,

что жалеть тебя глупо и странно,

а любить... да люблю я, отстань.

(цитата из стихотворения Тимура Кибирова
«Нищая нежность» — прим.ред.)

 

Но вообще все красиво. Куда не посмотришь, все красиво. Во всем можно найти факт искусства. И всё пульсирует какой-то безумной красотой безысходности. Я поэт, как вы заметили. Во мне вы не найдете человека, жаждущего жестких преобразований, чтобы всех сделать счастливыми. Я во всем вижу игровую сцепку определенных нюансов, понимаю, из каких узелков ткется ковер этих обстоятельств. И поэтому все мои персонажи или проекты безумно парадоксальны, амбивалентны. Они тоже рождены из сцепки совершенно несоединимых элементов. 

 

FC: Для вас человек — ноль или человек — Бог?

В.Д.: И то, и другое. Два полюса сведены в одно. Если хотите найти аналог того, что происходит на Пути Игры, то в качестве референса правильнее говорить о буддизме. Форма пуста, пустота — форма. Ищешь форму — находишь пустоту, ищешь пустоту — находишь форму. Форма и пустота неделимы. Опоры нет ни на что, это постоянное движение, нечего схватить и удержать. Это не я придумал. Это цитата Будды.

 

FC: Вы не боитесь смерти?

В.Д.: Оказавшись в состоянии близости ее дыхания, я думаю, буду испытывать какие-то эмоции. Мне будет что жалеть, мне нравится материя, мне нравится тактильность и Эрос, которым пронизан этот мир. Как будет на самом деле — трудно сказать. Но смерть не так далека, как нам кажется. Мы постоянно с ней во взаимодействии, потому мы ее близости не осознаем. Например, каждые 40 минут в течение ночи зрачок останавливается, и мы находимся в состоянии смерти, мы раствореWWWны в пустоте, потом мы снова сгущаемся. 

 

FC: Постоянное внимание и осознанность требуют большое количество энергии. Откуда вы ее берете?

В.Д.: Откуда мы берем энергию? Про «Мы» — это не оговорка, это Мистер Многоликость. Можно опять вернуться к нашей схеме, карте «Зритель—Актер—Роль». На уровне Роли мы тратим энергию, на уровне Актера мы ее творим, а на уровне Зрителя мы растворяемся в потенциале и становимся всей мощью вселенной. И тут, на этом уровне, на каждую нашу мысль и эмоцию работает вся вселенная. Если, конечно, каналы наши чисты. Обычно мы сужаемся до уровня Роли и тут сгниваем. На самом деле всё это не требует больших энергозатрат. Сделай 10 000 раз — поймешь, как это трудно. Сделай еще 10 000 раз — поймешь, как это легко. Сделай еще 10 000 раз и поймешь, что кто—то это делает через тебя. Всё, ты свободен. 

 

FC: Время изменилось?

В.Д.: Да. Это совершенно очевидно. Мой сын меня поразил недавно. Я ему плющил мозг с высоты моего опыта. Он на меня посмотрел и говорит: «Папа, манипулируй сыном тоньше!». Я вспыхнул. Я вдруг понял, что за машина у него между ушей. Это поколение, они мультиперсоналити , они множественные личности, которые переключают себя, как каналы в интернете. Их мозг уже сформирован наподобие квантового компьютера, это наш еще на палочках-кружочках. Но у меня еще хватит сил запрыгнуть им на спину, когда они начнут взлетать. А у них на это есть силы. Я хочу еще увидеть это время, когда квантовые компьютеры будут у всех в телефоне. Это будут скорости в миллионы раз быстрее. Подумал — уже случилось. И с этими скоростями надо уметь совладать. Время достигнет такого этапа, когда оно вообще исчезнет.

Напоследок хочу еще сказать о природе реальности. На самом деле, через сенсорные каналы мы воспринимаем всего 3–5 процентов информации. Мозг вынужден додумывать всё сам, чтобы дать нам целостную картину. Потому, весь окружающий мир — это придумка. На чем основано то, что я из себя представляю? Ни на чем. Понимание этого нас не должно нас страшить. Что нас с этим делать? Со всем этим возможно только играть. |